Предательство Борна - Страница 125


К оглавлению

125

Эль-ахаб поманил его длинным указательным пальцем. Это был маленький человечек, худой, даже тощий, с темной огрубелой кожей уроженца пустыни.

– Будьте добры, подойдите ближе.

Борн повиновался.

Водянистые глаза травника широко раскрылись.

– И что вы хотите?

– Держаться на ногах, – на марокканском диалекте арабского ответил Борн.

Встав, эль-ахаб подошел к полкам, выдвинул ящик и достал нечто напоминающее пригоршню козьей шерсти.

– Huperzis serrata. Редкий мох, который встречается только на севере Китая. – Усевшись за стол, он отодвинул ступу и пест и начал рвать засушенный мох на мелкие куски. – Хотите верьте, хотите нет, но здесь есть все, что вам нужно. Мох справится с воспалением, которое высасывает из вашего организма энергию. В то же время он значительно повысит умственную деятельность.

Обернувшись, травник взял с горячей плиты горшочек и налил в медный чайник кипящей воды. Затем бросил туда кусочки мха, подлил еще воды, закрыл чайник крышкой и поставил его рядом со ступой и пестиком.

Борн, застегнувшись, сел на деревянный табурет.

Они стали молча ждать, когда заварится «чай» из трав. От глаз эль-ахаба, хотя и водянистых и близоруких, не укрылась ни одна деталь лица Борна.

– Кто вы?

– Не знаю, – ответил Борн.

– Быть может, настанет день, и вы это узнаете.

Настой заварился. Эль-ахаб осторожно налил драгоценный напиток в стакан. От густой, темной, мутной жидкости исходило зловоние болота.

– А теперь пейте. – Травник протянул стакан Борну. – Все до дна. И сразу, пожалуйста.

Вкус настоя нельзя было передать словами. Тем не менее Борн стойко проглотил все до последней капли.

– Через час ваше тело почувствует новые силы, рассудок станет острее, – сказал эль-ахаб. – И так будет продолжаться в течение нескольких дней.

Встав, Борн тепло его поблагодарил и расплатился. Вернувшись на рынок, он первым делом зашел в магазин одежды и купил себе традиционный турецкий наряд, вплоть до туфель на тонкой подошве с загнутыми носами. Хозяин магазина направил его обратно на Истикляль-Каддаси, расположенную через залив Золотой Рог от Султанахмета. Там Борн вошел в театральную лавку, выбрал бороду, а также клей и перед зеркалом приклеил себе бороду.

Затем Борн перебрал остальные товары, представленные в лавке. Купив себе все нужное, он сложил это в маленький подержанный кожаный рюкзачок. И все это время его не покидала неописуемая ярость. Борн не мог избавиться от мыслей о том, что с ним сделали Вейнтроп и Фади. Враг проник к нему в голову, тайком влияя на его мысли и нарушая способность принимать правильные решения. Как Фади удалось поместить Вейнтропа в кабинет настоящего доктора Сандерленда?

Достав сотовый телефон, Борн отыскал в памяти телефон Сандерленда и, набрав код международной связи, ввел восьмизначный номер. В этот час кабинет еще не работал, но записанный голос спросил, хочет ли Борн договориться о приеме, узнать рабочие часы доктора Сандерленда, выяснить, как найти кабинет в Вашингтоне. Борн без колебаний выбрал второй вариант. Записанный голос сообщил ему, что доктор Сандерленд принимает с десяти утра до шести вечера по понедельникам и со среды по пятницу. По вторникам кабинет закрыт. Однако он был на приеме у Сандерленда именно во вторник. Кто назначил ему время?

У Борна на лбу выступил пот, сердце забилось чаще. Откуда люди Фади узнали, что Фади вышел из тюрьмы? Сорайя позвонила Тиму Хитнеру, поэтому Борн заподозрил именно его в том, что он предатель. Однако Хитнер не был предателем. Кто имеет доступ ко всем внутренним звонкам ЦРУ? Кто мог подслушать этот разговор? Тот самый человек, который отправил Борна на прием к доктору Сандерленду в тот день, когда того не было на месте.

Анна Хельд!

«О господи!» – подумал Борн. Правая рука Старика. Этого не может быть. Однако только это объяснение позволяло увидеть смысл в событиях последнего времени. Фади мог только мечтать о таком помощнике в самом сердце ЦРУ.

Пальцы Борна забегали по клавишам сотового телефона. Ему нужно предупредить Сорайю до того, как та сядет на самолет. Однако после первого же гудка включилась речевая почта, из чего следовало, что ее телефон уже отключен. Сорайя на борту самолета, летит в Вашингтон, навстречу катастрофе.

Борн оставил сообщение, предупредив, что предателем является Анна Хельд.

Глава 25

– Заходи, Мартин. – Директор ЦРУ махнул рукой Кариму аль-Джамилю, остановившемуся на пороге его святая святых, личного кабинета. – Рад, что Анна тебя перехватила.

Карим прошел через просторный кабинет к креслу напротив необъятного письменного стола Старика. Этот путь напомнил ему испытание, которому, согласно бедуинским традициям, подвергают предателя: его заставляют пройти между двумя рядами воинов, забрасывающих его камнями. Если ему удается самостоятельно добраться до конца, его ждет легкая, милосердная смерть. В противном же случае его бросают в пустыне на корм стервятникам.

В кабинет проникали звуки. Во всей штаб-квартире царила атмосфера торжества и скорби – это явилось следствием сообщения о том, что на юге Йемена был уничтожен ядерный центр «Дуджи», при этом не обошлось без жертв. Директор ЦРУ поддерживал связь с коммандером Дорфом. В живых остались только те бойцы «Скорпиона» и морские пехотинцы, кто находился на борту четвертого вертолета. Погибших было много: три сбитых «Чинука» с десантом морских пехотинцев и спецназа ЦРУ. Как оказалось, центр прикрывали с воздуха два «МиГа» советского производства, вооруженные ракетами «Сайдуиндер». После уничтожения цели вертолет Дорфа расправился с обоими.

125