Предательство Борна - Страница 109


К оглавлению

109

– Пожалуйста, товарищ генерал-лейтенант, ложитесь. – Борн повиновался, и доктор Павлина, надев перчатки, вспорола окровавленную рубашку и начала снимать бинты. – Это она нанесла вам такую рану?

– Да, – подтвердил Борн.

Доктор ощупала рану, следя за реакцией Борна.

– Швы наложил человек, знающий свое дело. – Она посмотрела Борну в глаза. – К несчастью, вы слишком активно двигались. Надо будет восстановить лопнувшие швы.

По ее просьбе дежурный врач показал, где находятся медикаменты, отпер шкафчик с лекарствами. Выбрав на второй полке баночку, доктор Павлина отсчитала четырнадцать таблеток и завернула их в кусок плотной бумаги.

– И еще возьмите вот это. По одной таблетке два раза в день, на протяжении недели. Это сильный антибиотик широкого спектра, который защитит вас от инфекции. Пожалуйста, возьмите таблетки.

Борн послушно убрал пакетик.

Затем доктор Павлина взяла пузырек с дезинфицирующей жидкостью, ватные тампоны, иглу и нить для наложения швов. И наконец она набрала в шприц лекарство.

– Это еще что такое? – с опаской спросил Борн.

– Наркоз. – Вколов иголку ему в бок, она надавила на поршень. И снова их взгляды встретились. – Не беспокойтесь, товарищ генерал-лейтенант, препарат местного действия. Он снимет боль, но никак не повлияет на умственную и физическую деятельность.

Доктор Павлина начала обрабатывать рану, и в этот момент на стене зазвонил телефон. Дежурный врач снял трубку и выслушал то, что ему сказали.

– Хорошо, я все понял. Спасибо, Катя.

Он повесил трубку.

– Доктор Павлина, – сказал дежурный врач, – судя по всему, вашему другу не удалось совладать со своим нетерпением. Он направляется сюда. – Он шагнул к двери. – Я им займусь.

С этими словами дежурный врач вышел в коридор.

– Что еще за друг? – встрепенулся Борн.

– Товарищ генерал-лейтенант, тревожиться не о чем, – успокоила его доктор Павлина. Она снова многозначительно посмотрела на него. – Этот человек прибыл к вам из Центрального управления.

По пути в кабинет, в котором осматривали раненого, Лернер заглянул в три бокса. Он не спеша осмотрел каждый. Убедившись в том, что все они абсолютно одинаковые, Лернер запомнил расположение обстановки: где находятся кушетка, столы, шкафчики, раковина… Зная репутацию Борна, он не сомневался в том, что у него будет только одна возможность вышибить ему мозги.

Достав «глок», Лернер навернул на дуло глушитель. Он предпочел бы обойтись без этого приспособления, которое уменьшало дальность выстрела и снижало точность стрельбы. Однако в данной обстановке у него не было выбора. Если он собирается выполнить задание и выйти из здания живым, ему нужно убить Борна как можно бесшумнее. С того самого момента, как директор ЦРУ поручил ему это задание, Лернер понимал, что ему ни за что не удастся вырвать из Борна какую-либо информацию – только не во враждебном окружении, а может быть, и вообще ни при каких обстоятельствах. Кроме того, лучший способ расправиться с Борном – это убить его быстро и действенно, лишив его возможности нанести ответный удар.

В этот момент впереди показался дежурный врач с выражением осуждения на лице.

– Извините, но вас попросили оставаться в моем кабинете до тех пор, пока вас не позовут, – начал он, поравнявшись с Лернером. – Я должен попросить вас вернуться в…

Сильный удар рукояткой пистолета пришелся ему прямо в левый висок. Обмякшее бесчувственное тело осело на пол. Подхватив врача за шиворот, Лернер оттащил его в один из пустых боксов и запихнул за дверь.

Не раздумывая, он вернулся в коридор и беспрепятственно дошел до цели. Остановившись перед закрытой дверью, Лернер мысленно настроился на чистое, аккуратное убийство. Взявшись свободной рукой за дверную ручку, он медленно повернул ее до конца. Предчувствие кровавой развязки обволокло его, проникая внутрь.

Одновременно отпустив ручку и распахнув дверь ударом ноги, Лернер быстро шагнул через порог и всадил одну за другой три пули в фигуру, распростертую на кушетке.

Глава 22

Мозгу Лернера потребовалось какое-то мгновение, чтобы понять смысл того, что увидели его глаза. Три смерти приняло в себя лежащее на кушетке скатанное одеяло. Он начал разворачиваться.

Однако этой крошечной задержки между действием и ответным действием хватило Борну, стоявшему за дверью, чтобы вонзить Лернеру в шею шприц с сильной дозой общего наркоза. Однако с Лернером было далеко не все кончено. У него было телосложение быка и решимость одержимого. Вырвав шприц у Борна, прежде чем тот успел ввести ему всю дозу, он навалился на него всем своим весом.

Борн нанес ему два удара, а Лернер еще раз нажал на спусковой крючок, и пуля разорвала грудь охранника.

– Что вы делаете? – вскрикнула доктор Павлина. – Вы же говорили…

Вонзив локоть Борну в окровавленную рану, Лернер выстрелил ей в голову. Обмякшее тело доктора Павлиной отлетело в руки Сорайе.

Борн упал на колени. Боль обожгла все нервные окончания, парализовав мышцы. Лернер схватил его за шею, но тут Сорайя швырнула ему в лицо стул, на котором сидела. Ослабив мертвую хватку, которой он сжимал Борна, Лернер отлетел назад, продолжая стрелять, но теперь уже вслепую. Увидев на полу в противоположном углу пистолет охранника, Сорайя подумала было о том, чтобы броситься к нему, но поняла, что ей не позволит это сделать Лернер, который приходил в себя с пугающей быстротой.

Вместо этого молодая женщина метнулась к Борну, подняла его на ноги, и они выскочили из кабинета. Она успела услышать глухие шлепки бесшумных выстрелов, пули расщепили косяк двери рядом с ее локтем, но они уже пробежали по коридору и завернули за угол, спеша к двери черного хода.

109